МК включил звук:

— Мы ничего не услышим, оттуда нельзя достать наши части. Это общий звук, скорее фон.

Hullabaloo рассыпался и собрался:

— Не может быть, чтобы там была жизнь. Слишком тихий мир. Почему они молчат?

МК подошёл в Boxу пыли:

— Расстройство звука. Его ничто не может образовать. Этот мир мертвецкая тишина, если перевести его в звук, от него не останется и следа. Алломорфы не говорят. Они принимают команды, им не приходится ничего передавать, поэтому связи между элементами Simplexa отсутствуют. Двусторонняя связь им не нужна.

Слон удивился:

— Но если все принимают, кто передаёт, распространяет сигнал?

МК:

— Гаммарезонанс. Система откликается сама на себя.

Слон пытался собраться, но всё больше терял себя, разлетаясь искрами в разные стороны. Удерживать первую степень материализации требовало труда. Он из идеи превращался в набор мыслей, каждая из которых тут же вылетала искать новые места.

МК собрал искры Слона:

— Вам придётся отправиться туда.

Hullabaloo:

— Ты решил избавиться от нас?

МК отпустил Слона, тот сразу же рассыпался:

— Вы привыкли, особенно ты, жить не имея себя…

Hullabaloo разлетелся по всему кабинету:

— На каком расстоянии там мне придётся удерживать себя?

МК:

— Создадим Аномию везде, чтобы окружить Simplex, тогда он перестанет существовать. Оставите у них новые идеи «я».

Hullabaloo материализовался до четвёртого уровня:

— Алломорфы не такие тупые, они не узнают нас.

МК открыл Box №3 и засыпал в него песок Слона:

— Сделай так, чтобы Мор в тебе узнал себя. Ему должно понравиться быть тобой. Он сам не знает себя. Покажи ему Мора, и собери его «я». Аномия прекратит всех, но Лунаторий соберёт нас.

Мыс Тигра.

Prodrome.

Главный осматривает ракету, которая должна вместить всё и всех.

Prodrome, это многослойная ракета, где каждое место имеет значение ряда, зоны и слои.

Главный подходит ближе.

— Я думал, она будет намного больше.

Шило показывает слои Prodromа.

— Это не совсем одна ракета. Это ракеты в ракете.