— Тогда им придётся нелегко. Здесь у нас жарко. Фермы работают с перебоем, ментальные части помогли бы им справиться без нас. И без того работы много.
Анкеты. Раньше на выходе из Порта, из Нутро, предлагали заполнить всем. Анкета содержала всё предложенное миром снаружи. Можно было выбрать что угодно из всего разнообразия допущенных в этом мире форм. Те анкеты нравились всем. Оставалось только выбрать. Многие оставались внутри и никогда прежде не покидали этот мир, потому что не находили в Анкетах себя. По сути они всегда выбирали себе свою жизнь снаружи из предложенных. Теперь не было ничего. В Нутро было всё, за исключением места для всех. Многие объекты сидели в одном и никогда не видели свет. Прежде они и не увидели бы его, их не выпустили бы собой, потому что в Анкетах их нет. Теперь выпускали всех. Но никто не знал, во что превратит их жизнь снаружи. Анкет не было. Они ждали, пока Десигнат утвердит их новый мир, и то, что им прислали вместо Анкет, удивило всех. Мир №31. Это хаотичная путаница мест. Созданный DreamControl решил освободить всех. Первыми выходили объекты самого последнего, мира №43. DreamControl составлял свои собственные Анкеты, чтобы развернуть свой собственный мир. Не было никаких ограничений. Каждый сам решал, кем быть снаружи. Теперь они знали, кем будут, где будут и что с ними будет происходить, и это не будет зависеть от списков КС. На этот раз выпускали всех, кто находился внутри. Henot не мог развернуть мир №31, пока DreamControl переделывал ментальные объекты, недоступные для системы разворота Henot. Spax выпускал не просто другие, а все миры.
Автономия Skies.
Мимо и Главный:
— Мы потеряли unit12…веришь ты или нет, но колеса уже крутятся…жди гостей…- Мимо посмотрел на Автономию, - необходимо усилить все другие unitы…12ый unit уже 54378901 по счёту на этот момент. Это неудачный откат.
Нутро.
В кабинет к Бобби вошла Симпатия:
— Я отправлюсь с этими домой. Мне здесь не нравится. Меня лишили ментальных прав. Я не могу больше думать!
— Пока нет дома.
Она стояла сама не своя, и Бобби не сразу заметил.
— Ты как-то похорошела.
— Ну, моего в теле никогда не было ничего, а теперь всё моё. Я готова, ты думаешь, он меня такой примет?
— Там нет пока ничего.
— Я только гляну – и быстро вернусь.
Она изменила свой вид, получился он грозный.