— Она вышла за пределы пространства и времени, была там, где есть всё, собирала, записывала, и вот принесла в мир внутри. Эти записи станут нашей новой памятью, жизнью, которую мы проживём, пока она не принесёт нам что-то ещё. Эта память о жизни и есть наш мир? Вот почему у нас невозможно всё? Мы можем выйти отсюда? Ты придумаешь, как всем нам выбраться из мира, где невозможно всё?

Проф смотрел на Planetу.

— Сам мир не освободится от памяти, ничего нового не случится. Время и пространство — это признаки того, что мы следы, воспоминания о жизни, а не сама жизнь. Мы не живём её, а лишь храним часть как воспоминания, в ловушке внутри.

Симпатия:

— Выйдем из этого кармана и там, снаружи, жизнь без времени и пространства, где есть все мечты?

Проф:

— Пока есть это место, мы не сможем выйти из него. Его надо уничтожить, освободить, чтобы здесь, внутри, не было никого и ничего, тогда мы сможем выйти за пределы всего.

Planetа взяла глаза и поместила их на свои места. Пространство вокруг стало потрескивать и кривиться, какие-то объекты стали медленно проявляться, другие исчезать.

Проф:

— Надо поторопиться.

Симпатия бежала впереди. Проф и Planetа вошли в зал. Поднялся шум. Присутствовавшие приветствовали Хозяина Мечты. Медленно погас свет. Planetа скинула вуаль. Её глаза горели настоящим огнём.

— Я хочу ваши жизни, всё, что есть у вас, и вы мне всё отдадите, потому что у меня для вас новые мечты, прямо здесь, новая жизнь, новый мир!

Двое разговаривают в стороне.

— Мы смогли их убедить в том, чего не существует, - тот что пониже нервно подёрнулся лицом, презрительно скрючив всё его содержание, - но посмотри на это. – Он сделал паузу, размазывая очередной вздох так, будто тот является уж точно для кого-то последним. И довесил почти убедительно. - Мы даже не мечтали найти такое. – Хотел бы он растянуть этот миг удовольствия и наслаждения между самим собой, но терпение второго в компании с его временем уже покинули этот разговор, отмотав воспроизведение на нужный момент. - Это уже не фантазии, это чудовищные (особенно в руках идиота) перспективы.

Раздался телефонный звонок, и тот из двоих, что производил впечатление съехавшего с пути, вернулся в свой пыльный костюм, заняв, вероятно, для всех привычное, кроме него самого, своё не особо уютное место. Не собой ему хотелось бы быть, но разве он выбирал?