Он вышел на тропинку и вернулся к старому зданию. В Лес ворвались агенты контроля, не готовые через его волшебство и коварство пройти. На входе их не останавливала охрана. Этот лес защищали не снаружи, а изнутри. Они никогда ещё не были ни в одном Zillionе, а этот был особенно некрасив. Те воспоминания, которые сюда принесли и оставили, то, что здесь происходило, здесь и жило. Это место было похоже на Дальше. Оно разворачивало спрятанную глубину, и доставало всё, что копилось здесь с самого начала истории, с первого Эхо и первого unitа. Это место создавал сам контроль. Здесь должны были остаться все, кого сюда поместили, именно здесь впервые появилась смерть. Во что бы вы ни верили, этот лес вас убьёт. Здесь погибли первые автономы. Здесь появилось сопротивление. Те, кого не удалось убедить. Они не горят, не научились тонуть, их ничему этот лес не смог научить. Те, для кого не существует по-прежнему смерть.

Послышались крики, которые постепенно смолкали, их сменяли новые, и опять тишина. Здесь нет той грани, которая отделяет или определяет. Здесь всё не имеет своего постоянного и определённого значения, оно меняется, всё верх дном. Здесь можно даже себя растерять по частям, разорваться на части, если не успеть выбрать. Куда побежать.

— Они не дойдут, можешь не ждать, - Тим наблюдал за тем, как Кей отчаянно пытается поймать себя. Но ему это не удавалось, он разбегался в разные стороны, разделяясь на множество разных себя. И каждый из них что-то думал, хотел, говорил.

— Сколько нужно тебя, чтобы мы нашли того, кто скажет нам коды?

Они не собирались останавливаться. В комнату зашла Симпатия. Уродливая маленькая девочка в руке она держала чью-то ручку. Она помахала ей в сторону Кей.

— Привет, сраный монстр. Посмотрим кто из нас страшней, - она прищурила глаза и подошла ближе. Тут же рядом столпились другие малышки, одна без глаз, кто-то без рук, одна без ноги.

— Кышь, отойди! – крикнула Симпатия одной из них. Но они отличались любопытством. Тогда она развернулась и посмотрела на себя. Это всё была она. И чаще именно она делала с собой разные плохие вещи, чтобы понять, где находятся пределы и есть ли они. К сожалению, она их так и не нашла.

— Ну что ты наделала! Себя не смогла покалечить, уйди!

Она залезла в него, постепенно начали исчезать другие разбежавшиеся в стороны он.

Она выбросила в сторону его длинные руки, просунув в прежние дырки свои, и выдавила изнутри его глаза, на месте которых вылезли тут же её. Она обосновалась в нём как в новом костюме.