Восстанавливали старое ЭХО, объекты, миг за мигом, соединяя миги, принадлежащие одному объекту, в одну последовательную цепь.

— В каждом списке не должно быть ничего, что имеет отношение к оригиналу. И не более трёх позиций на каждый список.

Автономия была ещё далека от освобождения. Повсюду находились камеры для наблюдения мира Skies таким, каким хочет Контроль. Сопротивление восстанавливало списки оригиналов, чтобы заполнить ими все станции Биодрома, но ATOL слишком постарался всё раздробить. Hullabaloo должен ограбить Memorials и достать списки оригиналов, которые будут отправлены в город. Сопротивление занимается списками. Бобби как никто знал работу системы Контроля. Когда-то он возглавлял одно из подразделений КС, СС4. Здесь в здании Вертикаль, Бобби организовал Штаб, который вручную менял все списки, составляя их заново. Списки агентов КС находились в руках ReUne. Бобби стоял перед монитором, наблюдая за действиями агентов КС, и постоянно корректировал их:

— Это Восход…патруль отправляется в город…

— Не надо в город… отправим их вот сюда…пусть знаки убирают.

Списки агентов КС постоянно подвергались изменениям.

Они ждали, когда прибудут неотредактированные воспоминания. Все оригиналы хранились в Memorials, который надёжно защищался силами агентов КС.

— Они должны быть уже здесь…без оригиналов, все эти обрывки бесполезны.

Бобби смотрел на часы, здесь они шли почти в 35 раз быстрее, чем в Skies, через которые надо было пройти.

Работать с такими объедками было действительно нелегко. Восстановить оригиналы не представлялось возможным без доступа к неотредактированным воспоминаниям Zillionа. То, что было в Лесу, в Skies не потянул бы никто. Слишком сложные объекты, картинки которых не смогут при таком минимальном количестве связей, который устанавливает Контроль, построиться. Потому ATOL упрощал все картинки. Без спецэффектов они тускнели, как и все воспоминания, и уже не были похожи на себя. Примитивизация позволяла избегать уродства, дефектов и изъянов, сбоев при просматривании списков. Но восстановить по этим обрезкам то, что когда-то имело желания и жило, чтобы его вернуть к жизни, они не могли.

Ground Zero убирал ненужное ЭХО.

Вундский Лес был поделён на части. Те, которые подлежали разбору, было запрещено покидать. Объекты, оставленные в подобных местах, не могли выбраться за пределы обозначенного круга. При перемещении они менялись и уже не могли вернуться в тех покинутых, чужих, уже не себя. Всё, что попадало и проникало за ограждение Демонтаж, впитывалось и растворялось, терялось и забывало себя. Здесь убивали, сюда приносили ненужное, лишних, это место, где прекращались мечты, где идеи и мысли расползались на пробелы и буквы.