Он повернул колесо и почувствовал прилив сил, одновременно с потоком разнообразных мыслей, противоречивых желаний, который уносил его вперёд. Он огляделся по сторонам. Все крутили устройство, постоянно то рассыпаясь на части, исчезая как облако, то проявляясь отчётливо, меняя себя. На него кто-то бежал, Главный втянулся в себя, но столкновения так и не состоялось. Они прошли сквозь друг друга, вызвав у него неприятное чувство, он вообще существует?! Его никто не замечал.

ODAL предлагал выбор: жить или спать. Теперь сам мог решать, что с ним будет происходить, пока он будет спать. Именно такой выбор делали практически все. Новый Syntax позволял контролировать связи вместо щитов. Для этого все точки должны быть свободны, в каждом unitе должен быть Zillion. Потому пока Syntax 2 работал не везде. Связности 0 не могли долго добиться, это позволило бы контролировать связи без КС, но не все unitы были освобождены.

Проф смотрел на списки Unitов, которые предстояло освободить, чтобы Syntax 2 работал везде. Никто не знал, в каком именно unitе сейчас Проф или Симпатия. Они были одновременно во всех. В ODALе находилась карта освобождённых unitов, которая постоянно зеленела.

Профа начинают искать, отправляя за ним Моров по разным unitам.

Волнения в unitе 152. Открыто Сопротивление.

— Я вижу Вундский Лес…152ой…

Zakat отправляет Силы Света.

— Этот unit нам нужен. Найдите Профа, который именно тот…

Это unit Восхода, как и другие unitы переходил в руки Сопротивления.

К Zakatу доставили несколько Профов, но ни один из них не оказался именно тем. Они представляли собой небольшой замкнутый цикл, усечённую версию, имеющую конкретную цель, цикл, который повторялся по кругу.

Вездемен заметил кабели, которые вели от Щитов, далеко в Поля. Он и Capris направились по следу. Дорога складывалась перед ними сама как движущийся тротуар. Они быстро оказались перед Долиной, которая была ограждена. Перед входом висело табло с предостережением: «Ожидается…». Оно мелькало и гасло, невозможно было разобрать, что было написано. То появлялось, то исчезало изображение полумесяца.

Каприс посмотрела на Вездемена:

— Это Долина Лунул…всё, что от неё осталось.

Теперь связи контролировал Новый Синтакс. Он позволял включать и отключать сознание, отображая содержание окружающего мира, позволяя принимать или отклонять желания и мысли других. Теперь, когда каждый сам приобретал способность решать за себя, что с ним будет происходить, многие принимались за других.

Симпатия смотрела на них:

— Думаешь, они разберутся сами? Несвободными они казались приветливее и добрее.

— Это другая война. Теперь мы сражаемся с собой.

Размывание границ и пределов лишало их морального компаса, обрекая блуждать в поисках себя в полном отсутствии утраченных ориентиров.