Малышка входит в тело Мишки, заменяя ей сознание. Мишка слышит Малышку как свой внутренний голос и не узнаёт Малышку. Малышка пытается управлять телом Мишки, определяя всё, что Мишка должна чувствовать, хотеть, делать. Малышка пытается разбудить, оживить Мишку, вывести её из паузы, но всё бесполезно.

Тем временем Hullabaloo ищет другое ЭХО Мишки.

Малышка доводит оставшуюся часть Мишки до Парагона.

Лунул.

Мишка бежала по тёмному лесу, не оглядываясь по сторонам. Весь мир вокруг сжимался в крошечную белую точку, которую она видела перед собой, далеко впереди. Одал оставался позади. Она торопилась на вокзал. Её не было в списке. Покинуть этот мир вероятно больше не получится никогда. Она то спотыкалась, то падала. Что-то хватало её за плечи и ступни, она вырывалась и стремилась вперёд. Каждый вдох выжимал оставшиеся в ней силы, она выбежала на пути. Слева или может быть справа, она закрывала глаза и вспоминала направление пути. В воздухе стоял металлический скрежет и гул. Она начала бежать.

Мишка прибывает как ЭХО из Лунула. Она в растерянности. Подвисает. Её находит Малышка.

— Тебе надо прибавить. Волан скоро будет здесь, он только вышел со станции…- она покрепче прижала Мишку.

Но та едва могла бежать. Она не имела левой ноги, руки, вся левая часть осталась где-то в Полях.

За поворотом появился Волан. Мишка бежала вдоль путей. Волан пролетел мимо, отбросив их в сторону.

— Значит слева.

Мишка поднялась.

— Этот отправился в Оризон. Следующий наш. Парагон, - она посмотрела на Малышку, и они побежали к мосту.

Вдалеке раздался сигнал. Волан приближался.

— Третий пролёт с конца…он должен быть открыт… - Мишка закрыла глаза и прыгнула с моста на пути.

— Что-то твёрдое…руки…ноги…голова…Малышка…-она всё-так решила открыть глаза.

Симпатия бежала к Симпатии. Она рассматривала застывшие части города и объекты, прощаясь с миром.

— Если нас здесь нет, то где же мы тогда?

— В нашей жизни не было смысла, пока мы были здесь. Нас вытаскивали такими, какими мы не были никогда. Думаешь, где-то там, мы будем собой?

К отправлению из Парагона готовились Воланы, они заполнялись объектами. Здесь были те, кто решил сам «разобраться», но многие покидали свой дом по решению Десигната. Они будут разобраны на безликие плоские 1-5 Д, разбросаны по разным городам и неизвестно, когда смогут найти прежних себя и будут ли воссозданы в виде, который решили прервать, или, что вероятнее всего, уже никогда не станут опять этими собой. Все они изучали свои новые Списки. Кого-то делили на 3, кого на четыре, они знали, что будет там, впереди, и то, что это последние эпизоды Их жизни.