Прибывшие были укутаны и замотаны лентами, сделанными из ничего, раздроблённые на серии последовательных себя. Симпатия о чём-то ругалась с Симпатией, два Тима, Монстр Кей со странным выбором в компаньоны незнакомого до этого остальным какого-то себя самого, Hullabaloo прихватил с собой аж себя четверых, Мишка была не замотана и потому, как только сошла на перрон, распалась на несколько разных себя. Они добирались с трудом. Дорога замёрзла и им пришлось греть себе ход. Вокруг всё стало таять от света поезда и Вадук попросил немножечко оставить им льда. Стало темно. Непривычно и мрачно. Но свет пугал местных жителей и был практически запрещён. Вадук – главный по станции, решающий всё. Городишка был небольшой, но плотный, густой, сложно было дышать, а слова застывали во рту. Вадук вёл их по узким проходам, пуская небольшой отрезок света перед собой. От него на миг таял проход, и всё вновь замерзало в тени.

— Как я сказал, всё замёрзло. Много работы.

Они прибыли уже в пятый за последнее время раз.

— А если опять не получится?

— Заткнись, идиот. Можем обойтись и без тебя. – Обе Симпатии сказали это почти синхронично, хотя смотрели они друг на друга, а не на Hullabaloo, будто продолжали ругаться одна с другой.

— На платформе 00 произошла остановка, придётся исправлять всё. – Вадук поторапливал всех, но они постоянно останавливались и рассматривали замёрзший мир зоны 00.

— Включили режим Общее ППоле. Расширили пределы «я» до максимального. Надо поторопиться. Долго мои не протянут. – Тим буквально отдирал примерзающих зевак ото льда застывших в одном событии жильцов мира льда. – У нас все объекты развязались. А что с платформой?