— Без сознания мы не сможем выбирать последовательность сами и соединять акты, но эту проблему решит Skylight, потому что всё равно мы не решаем и не выбираем акты, не мы создаём последовательность, она сама создаёт себя, а мы лишь участвуем в ней пассивно и не можем на неё повлиять.

Больше материя не будет решать за нас, какими нам быть!

Алекс и Бекас медленно продвигались по городу, застревая то и дело в разных петлях. Алекс рассматривал безучастных жителей города Смерти, каждый из которых был занят чем-то одним, чем-то своим:

— Они же не понимают тебя…и скорее всего не видят и не услышат.

Каждый нихилец был заперт где-то внутри, в одиноком себе, они смотрели пустыми глазами, они были здесь, но создавалось ощущение отсутствия в пространстве. Сквозь них можно было пройти, погрузившись в их жизнь, где Алекс то и дело залипал, пока Бекас вытаскивал его в мир снаружи.

— Теперь я не хочу умирать…- Алекс оглядывал Смерть, - слишком много постоянства. Отсутствие мыслей, чувств, желаний, бесплодность идей. Простой… одиночный акт. Уменьшение всего до одного мига «Я». Ничего не поступает снаружи и не выходит из тебя. Словом, тебя вроде бы нет, ты где-то внутри, застрял в себе. Не понимаю тех, кто сам добровольно отправляется сюда.

После Смерти все и всё отправляются в состояние Нихил. Этим Миром уже давно владеет и управляет КС. Её Списки определяют для каждого свою петлю, свой единственный акт, ничего другого ты и представить себе не сможешь, ничего другого или вокруг здесь ни для кого нет.

КС единственная корпорация, которой принадлежит не только Жизнь, но и Смерть. КС управляет Смертью и всем, что происходит здесь, в Мире Смерти Нихил. КС принимает решения кого выпустить из этого состояния. Жизнь и правда не имеет начала и конца, она просто меняет своё состояние, продолжая идти или останавливаясь. Смерть — это не отсутствие существования, это лишь ограничение твоего «Я».

Многие выбирают Нихил за его постоянство, ведь какой бы ни была твоя петля, рано или поздно она станет тобой, а мы привыкаем к себе, потому что другого «Я» у нас нет.