Чем больше Вундский Лес получал крови, тем быстрее он оживал. В разных его уголках всплывали новые воспоминания. Проф привык не обращать на них никакого внимания, но теперь он остановился, чтобы заговорить. Иногда они отвечали и отвлекались от прошлого. Но ненадолго. Они снова возвращались к тому, что было давно, и продолжали повторять то, что уже прошло. Они были свободны, но держались за свои воспоминания. Когда действие заканчивалось, они повторяли его вновь и вновь. Под конец дня они ждали начала другого.

Они продолжают искать свой предел. Те, кто нашёл, повторяют подтверждать его день за днём. Некоторым удаётся перейти к поискам другого. Те же, кто его не нашёл, ищут новые.

Мужчина, в котором Проф узнал себя, стоял в кипящем сосуде, от которого шёл жар. Он неожиданно посмотрел на Профа и спросил, достаточно ли, по его мнению, здесь жара. Кожа на его теле почти вся сошла, его сильно трясло. Он вылез, осмотрел сосуд.

— Не хочешь пройтись?

Он подошёл к Профу и уставился на него.

Вдали раздавались звуки от прибывшего отряда контроля, решившего войти в Лес. Проф накинул грязную простыню, улыбнулся и побежал в сторону звуков.

Проф поторопился за ним. Крики доносились со стороны рощи. Там среди деревьев они заметили крутой обрыв и падали вниз. Здесь не работало Око Syntaxа, надо было внимательно относиться к выбору того, что ты хочешь увидеть.

Места, подобные Вундскому Лесу, закрывали сразу. Особенность Zillionа, его самая привлекательная сторона, в любой момент могла обратиться в самый жуткий кошмар. Всё, что происходит в Zillionе, остаётся здесь навсегда. Люди разрываются на разные себя и уходят в разные стороны во всех направлениях, стоит задуматься куда пойти, какой вариант выбрать, и ты отправляешься во все. Но остаёшься и присутствуешь всегда только в том, что есть прямо сейчас. Оглядываясь на те, прежние себя, ты можешь вернуться в любого. Все эти ты будут продолжать жить, но как правило, они повторяют одно и то же по кругу.