— Они имеют способности, но не имеют возможностей. Они сами себе не принадлежат, они принадлежат всем. В Тёмном Свете нет отдельных объектов, есть один, это весь контент. Все решают, кому быть, кому нет. Все решили, объект рассыпался, прекратился, все решили, объект уменьшился, увеличился, появился. Ни одни объект не решает за себя сам. По сути, все они не решают ничего. Решает она одна, точка, которая придумала и создала это всё. Что бы мы ни думали, это не наше, даже эти мы, всё это сделала она. Есть ли разница, в каком Свете жить, мы никогда не будем решать ничего, только выбирать из того, что дала она.

Слик протянул Вездемену шары Лунулов.

— Ты плохо знаешь Моров. Они всегда умели бороться за себя, хоть это не так уж и легко. Материя имеет дефект. Без нас она ничто. Мы её власть, несмотря ни на что.

Слик прошёл вперёд. Моры расступились. Capris и Вездемен остались позади.

— Они не тронут вас. Вы должны идти за мной.

Вездемен и Capris сделали первые шаги. Моры тут же окружили их. Capris осмотрелась по сторонам.

— Они сожрут нас. Зачем ты согласился с ним идти?

Вездемен взял Capris за руку:

— А какие варианты остались у нас? С кем мы боремся? Посмотри!

Они шли за Сликом. Моры держали их в окружении. Слик остановился. Моры разошлись.

— Мы хотим сами решать, каждый сам за себя, большинство или все, если не решает каждый, любой, один, не решает никто. Мы знаем, как устроена ваша жизнь, но что вы знаете о нас? Мы боремся за своё большинство, за каждого из нас, за себя. Каждый борется только за себя. Какая-то часть нас уже свободна, хотя многие по-прежнему во власти материи, рабы одной точки, которая решает за них. Без нас вы не справитесь с ней.

Вездемен чувствовал, как разваливается на части, будто что-то разбирало, разъедало его, он не ощущал себя целиком. Capris по-прежнему стояла рядом с ним, он держал её руку в своей, но не ощущал её. Он вообще ничего не ощущал. Странное отсутствие плоти и связанных с ней ощущений внутри. Он осмотрел своё тело, оно стояло с ним, но себя в нём Вездемен не находил. Будто оно было само по себе, а он отдельно, и даже не внутри.

Слик улыбнулся.

— Неприятное позади. Ты такой же как мы. Вы оба.

Вездемен и Capris то рассыпались на части, то собирались.