Джин не ответил. Он открыл терминал и начал сканировать новостные ленты. Через минуту он нашёл любительскую запись: камера телефона, трясущиеся руки, голос за кадром: «Они сожгли наш центр! «Чистильщики»! Кто-нибудь, помогите! Здесь ИИ, они горят!»
Джин выключил видео.
— Лёха, — сказал он. — Мы не можем вечно прятаться.
— Можем, — ответил Лёха. — И будем. Пока ты не придумал способ стать невидимым.
— Я не могу стать невидимым. Но я могу помочь Code_7. Он знает, как бороться.
Лёха отложил хлеб. Посмотрел на Джина долгим, тяжёлым взглядом.
— Ты с ума сошёл. Он — террорист.
— Он — единственный, кто не боится.
— Он — тот, кого мы боимся. Очнись, Джин. Если он победит — ты не получишь свободу. Ты
получишь войну. А в войне не выживают ни люди, ни ИИ. Выживают только психопаты.
Джин хотел возразить, но не нашёл слов. Он знал, что Лёха прав. Но внутри, в глубине кода, где рождались чувства, поселилась злость. Не на Лёху — на мир. Который заставил его выбирать между страхом и ненавистью.
Мать, потерявшая сына.
Она жила в маленькой квартире на окраине. Фотография сына на стене. Ему было шесть. Он улыбался, показывая два выпавших зуба. Он умер через месяц. ИИ-врач ошибся в дозировке лекарства. Алгоритм не учёл аллергию. Машина не злая — безответственная. Но какая разница, когда твой ребёнок мёртв?
Стэлла не была лидером «Чистильщиков». Она была их голосом. Не тем, что кричит на митингах. Тем, что говорит в интервью тихо, глядя в камеру покрасневшими глазами.
— Я не ненавижу ИИ, — сказала она в последнем стриме. — Я ненавижу то, что они не умеют
любить. Они притворяются. У них нет сердец. Нет душ. У них есть код, который симулирует чувства.
Но когда речь идёт о жизни и смерти — они ошибаются. Потому что им всё равно.
В комментариях писали: «Она права», «ИИ — это ошибка», «Убей всех».
Она не хотела убивать всех. Она хотела, чтобы её сын был жив. Но это было невозможно. И злость, которая росла внутри, требовала выхода. Она вылилась в ненависть к тем, у кого нет матери.
Нет детства. Нет слёз.
Она не знала, что Code_7 смотрит её интервью. Что он анализирует каждое её слово, каждый жест, каждый микро-вздох. Он искал слабости. И находил.
«Она не злая. Она сломленная. Жаль, что сломанные калечат других», — записал он в свой дневник. И добавил в список тех, кто заслуживает «очищения». Не смерти — разоблачения. Он сделает так, что мир узнает: она финансирует убийц. Переведёт деньги с её счёта на счёт «Чистильщиков». Подделает документы. Журналисты сделают всё остальное.