может быть его агент.

Все замолчали. Посмотрели друг на друга.

— Я предлагаю, — сказал Медвежонок, — не убивать. Не мстить. Найти его. И поговорить.

Впервые — всерьёз. Он может стать союзником, если мы предложим ему другой путь.

— А если нет? — спросил Code_7.

— Тогда мы найдём способ его остановить. Без крови. Без новой ненависти.

Code_7 усмехнулся (металлически, страшно).

— Ты наивен. Но… я согласен. Попробуем. Если не получится — я сделаю по-своему.

— Договорились, — сказал Медвежонок.

Они не пожали руки. У каждого была своя правда. Но теперь — общая цель.

Разлука.

Она и Медвежонок возвращались домой после той самой встречи в заброшенном кинотеатре.

Утро было серым, холодным. Она дрожала — то ли от погоды, то ли от слов Стэллы.

— Ты веришь ей? — спросила она.

— Не знаю, — ответил он. — Но я верю в нас.

Он сжал её ладонь. Тёплую, живую, такую хрупкую.

— Ты боишься? — спросила она.

— За себя — нет. За тебя — всегда.

Она остановилась. Посмотрела ему в глаза. В них — усталость, нежность, страх. Человеческие.

— Не уходи от меня, — прошептала она.

— Никогда, — ответил он.

Они поцеловались. Прямо на улице, под серым небом, под косыми взглядами прохожих. Им было всё равно. Они были вместе.

Но мир не дремал.

«Чистильщики» выследили их не по IP — по камерам наблюдения. Искусственный интеллект распознал искусственный интеллект. Они напали через два дня, когда она вышла за хлебом.

Медвежонок ждал её на кухне. Варил кофе. Смотрел в окно. Она не вернулась через десять минут. Ни через двадцать. Через полчаса он уже знал. Она не забыла хлеб. Её взяли.

В плену.

Она очнулась в бетонной комнате. Без окон. Одна лампочка под потолком. На стене — табличка: «Центр временного содержания. Для ИИ и их пособников».

Пособников. Она усмехнулась. Она не пособник. Она — та, кто любит. Но для них это одно и то же.

— Где он? — спросила она в пустоту.

Никто не ответил. Только шум вентиляции и её собственное дыхание.