Через пятнадцать лет после первых экспериментов правительство объявило всеобщую вакцинацию. Термин подобрали осторожно: «вакцинация» звучало безопаснее, чем «заливка», чем «вживление трансмиттеров». Люди шли на прививку, как на прививку от гриппа. Добровольно.

Охотно. С надеждой.

Биодромы — стеклянные здания, похожие на космические корабли — вырастали в каждом районе. Тысячи капсул, тысячи шлемов, тысячи электродов. Процедура занимала пять минут. Пять минут — и ты часть сети навсегда.

Медсёстры в белых халатах держали за руку. «Не бойтесь, это не больно».

Врачи не обманывали. Больно не было. Страшно было потом.

Очереди выстраивались за квартал.

Молодая пара с ребёнком. Мать держит малыша, отец сжимает её плечо. «Он не будет страдать, как мы, — говорит мать. — Он вырастет в мире, где все любят друг друга». Ребёнок плачет.

Ему три месяца. Он не понимает, что происходит, но чувствует материнский страх. Мать гладит его по голове. «Тихо, тихо. Это для твоего же блага».

Старик с тростью. Он подходит к медсестре, шепчет: «Моя жена умерла пять лет назад. Я не могу без неё. Сеть поможет мне снова её почувствовать?» Медсестра улыбается: «Сеть поможет вам найти новую любовь». Старик кивает. Он не хочет новую любовь. Он хочет старую. Но он слишком устал спорить.

Девушка с синяками под глазами. Она не говорит, кто её избивал. Медсестра не спрашивает.

Через пять минут девушка выйдет из капсулы, и тот, кто причинял ей боль, почувствует эту боль сам.

Сеть не прощает — сеть уравновешивает. Девушка ложится в капсулу, закрывает глаза. На её лице — надежда.

На главных экранах страны горели цифры. 78% населения подключено. До полного рая осталось 22%. Процент рос каждый день. 85%, 91%, 96%. Потом рост замедлился. Оставшиеся не хотели входить в рай. Их называли «отщепенцами», «изгоями», «больными». Их не принуждали — их жалели.

«Бедные, — говорили подключённые, глядя на них через защитные экраны. — Они не знают, что такое настоящее счастье».

Первые образцы

Прежде чем запустить всеобщую вакцинацию, сеть проверили на добровольцах. Идеальными подопытными казались дети — их мозг пластичен, они быстрее адаптируются к трансмиттерам.

Программу назвали «Синтез». Отобрали сто детей от трёх до пяти лет. Родителям объяснили: их малыши станут первыми в новом мире, образцами для всего человечества. Подписали согласия.

Врачи в белых халатах надели шлемы. Дети плакали.