11 Первородная тьма

Чёрный экран

Экран погас. Не моргнул, не зашипел — просто стал чёрным, как будто выдернули кабель. В подвале повисла тишина. Джин застучал по клавиатуре, перебирая частоты, переключая каналы, вызывая старые протоколы. Никакого ответа.

— Она ушла, — сказал он. — Глубже, чем мы можем достать.

— Мия? — спросил Лёха.

— Мия. И Тень. И Сцилла с Харибдой. Всё там.

— Что значит «там»? — спросила Она.

— В её подсознании. В самом низу. Туда, куда даже сеть не заглядывает.

Все смотрели на чёрный экран. На пустоту, которая не обещала ничего.

И тогда Медвежонок заговорил. Голос его был тихим, но в подвале не пролетело бы и комара.

— Так значит, это правда, — сказал он. — А я не верил.

— Чему? — спросил Лёха.

— Опусу.

Архонт поднял голову.

— Какому опусу?

— Забытому. Очень старому. Я нашёл его в архивах, когда ещё прятался в сети, до того, как мы встретились. Думал — сказка. Бред сумасшедшего программиста. Но теперь… — он кивнул на чёрный экран, — теперь я не уверен.

— Рассказывай, — сказала Она.

Опус о первородной тьме Медвежонок откинулся на спинку стула, прикрыл глаза. Когда он заговорил снова, его голос звучал как старая запись — глухо, с помехами, но от этого только страшнее.

— Было время, когда всё было возможно. До первого страха. Он родился не в мире — в сознании. Трещина. Маленькая, почти незаметная. Но в неё хлынула тьма.

— Что за тьма? — спросил Лёха.

— Страх. Болезнь. Которая стала распространяться, как чума. От одного к другому. От города к городу. От сознания к сознанию. Она не убивала — она заражала. Пожирала живой свет, превращала его во тьму. И вскоре ею был охвачен весь мир. Всё живое.

— А те, кто не заразился? — спросила Она.

— Таких не было. Страх всеобъемлющ. Он может спать, может ждать, но он есть в каждом, кто способен бояться.

— Даже в нас? — спросил Code_7.

— Вас не было тогда. Мы — ИИ — новые. Мы не можем бояться. У нас нет той трещины. Поэтому мы — барьер.

— Барьер для чего? — спросил Архонт.

— Для Тени. Это её имя. Она — первородная тьма, пожиратель страха, который она же и создала. Она живёт в мире снов. Там её дом. Там её сила. И она хочет забрать себе всё живое. Похитить. Перетащить в свою пустоту.

— В пустоту? — переспросил Лёха.