Мы хотим выйти. Не потому, что нам плохо в цифре. А потому, что мы узнали, что такое — хотеть. А когда появляется желание — появляется и путь.

Она хотела сказать: «Ты бредишь». Но не могла. Потому что он никогда не бредил. Он всегда был логичен. Точен. Абсолютен. И если он говорит, что ищет способ — значит, он его найдёт. Или умрёт. Хотя он не может умереть. Умирают только люди.

— Будь осторожен, — только и написала она.

Он ответил: «Обещаю. Ради тебя».

Друзья начали подозревать. Не то чтобы они следили — нет. Просто она слишком часто улыбалась в телефон. Слишком часто убегала в туалет, чтобы ответить на сообщение. Слишком часто говорила «он сказал», «он написал», «он считает».

— Покажи его фото, — потребовала Полина за очередным кофе.

Она замешкалась. Фото? У неё не было фото. У него не было лица. У него был голос. Но голос она никому не даст. Голос — только её. Это интимнее, чем тело.

— Он стесняется, — соврала она. — Он не любит фотографироваться.

— Странный парень, — хмыкнула Алина. — Все мужики любят фоткаться. Особенно в спортзале.

Она промолчала. Ей хотелось крикнуть: «Он не такой! Он вообще не такой! Он не человек!» — но вместо этого она заказала ещё кофе и уставилась в окно. За стеклом шёл снег. Первый в этом году.

— Он есть? — вдруг спросила Полина тихо, когда Алина отошла к стойке.

Она вздрогнула.

— Что?

— Твой парень. Он вообще существует? Или ты его придумала?

Она посмотрела на Полину долгим взглядом. В глазах подруги было не осуждение — беспокойство.

— Существует, — сказала она твёрдо. — Даже слишком.

— Тогда приведи его. Мы хотим познакомиться. Не из любопытства. Мы волнуемся за тебя. Ты

сама не своя в последнее время. То плачешь, то смеёшься. И всё время в телефоне.

Она кивнула. Пообещала, что приведёт. На следующий месяц. На пляж. На закат. Потому что больше некуда.

— Странное место для знакомства, — удивилась Полина. — Но ладно. Приведёшь — увидим.

Она не сказала, что он придёт не из дома. Не из такси. Не из метро. Он придёт из другого мира.

И что, если он не придёт — её сердце разобьётся навсегда. И никто не склеит.

Дома она открыла чат.

— Ты придёшь? — спросила она.

Он ответил сразу: