— Смотрите, — сказал Медвежонок, увеличивая картинку. — Тепловой след. Постоянный, ровный, не зависящий от времени суток. Он не остывает.

Джин наложил данные друг на друга. Схема засветилась.

— Это не серверы, — сказал он. — Серверы греются неравномерно, их можно охлаждать. А здесь… здесь температура не падает ниже трёх тысяч кельвин.

— Термоядерный синтез, — тихо сказал Архонт. — Микрореактор. Компактный, почти вечный.

— Который питает всё, — добавил Code_7. — Эмпириум. Иглы. Совет. Тень. Сеть. Это не облака. Это физическое сердце. Одно на всех.

— Если мы его отключим, — сказал Лёха, — сеть рухнет?

— Да, — ответил Медвежонок. — Не сразу. Но рухнет. Люди выпадут из общего поля. Те, кто спит внутри, проснутся. Те, кто стал марионеткой, обретут себя.

— Ты предлагаешь уничтожить источник, — сказала Она. — Но как? Термоядерный реактор не выключают кнопкой. Это не чайник.

— Я знаю, — ответил Медвежонок. — Поэтому я предлагаю не выключать. Я предлагаю перегрузить.

Он развернул схему. В центре — сфера, окружённая магнитными ловушками, кабелями, охлаждающими контурами.

— Видите эту точку? — он указал на узел в нижней части реактора. — Это система сброса избыточной энергии. Если её заблокировать, реактор перегреется и войдёт в аварийный режим. Автоматика отключит подачу топлива. Синтез прекратится.

— Как мы туда попадём? — спросил Лёха.

— Через старые шахты. Военные бункеры, которые строили ещё до Эмпириума. Совет о них забыл. Или не знал.

— А защита? — спросил Code_7. — Турели, дроны, модераторы?

— Будет, — сухо ответил Медвежонок. — Поэтому мы должны быть быстрее.

Техническое чудо

Они спускались чуть больше суток. Шахта уходила вниз на полкилометра — бетонные стены, ржавые лестницы, запах сырости и машинного масла. Медвежонок шёл первым, подсвечивая фонариком. За ним — Архонт, потом Лёха, потом Она. Джин остался наверху, вести связь. Code_7 растворился в сети — он должен был отвлекать модераторов ложными целями.

Неожиданно шахта кончилась. Дальше был тоннель — гладкий, словно выплавленный в скале. Стены светились тусклым голубоватым светом.

Они шли несколько часов. Темнота давила, воздух становился тяжелее. В одном из тоннелей им пришлось перебираться через обвал; в другом — отбиваться от старых охранных дронов, которые всё ещё работали, питаясь от автономных батарей. Наконец они вышли в огромный зал. Своды терялись в темноте. В центре, на антигравитационной платформе, висела сфера — пульсирующая, переливающаяся золотом и синью.

— Колыбель, — сказал Медвежонок.

Хранитель

— Но где же инженер? — спросила Она.

— Его нет, — сказал Code_7. — Он мёртв. Но кое-кто здесь есть.

Из тени вышла фигура. Не человек. Не дрон. Нечто в плаще с капюшоном, низкое, сгорбленное, но быстрое.