Слеза

Как будто сердце — тонкая струна,
И в ней уже давно дрожит тревога.
Она звенит в больные времена,
Когда нет сил, нет воздуха, нет Бога.

Ты слышишь стук в ушах: тук-тук, тук-тук,
Он отмеряет время, что истлело.
А кто-то просто выключил свет, звук,
И мир вокруг стал серым, потускнелым.

Ты шепчешь: «Ну за что?» — ответа нет,
Лишь камнем сердце в дне груди лежит.
Как можно делать так? Какой-то бред.
Возможно, он не знал… — но он молчит.

А каждый думал — все мы видим свет,
Что светит в нас, и слышим наши боли.
Проходят люди, оставляя след,
Ломают судьбы близких по неволе.

За ними — крик, бессонница, стена,
И дрожь опустошенья в темноте.
Мы ужаснулись бы, поняв хоть раз сполна,
Что стали чьей-то болью в пустоте.

А слёзы? Что-то могут изменить?
Кто их услышит? Кто вобще в них верит?
Оставишь сердце, чтоб освободить,
Разбитым у своей закрытой двери.

Оно не сможет видеть сны, смотреть
На мир, где много фальши и теней.
Ему останется в живом гореть и тлеть,
От этого становится больней.

Ты звать не будешь криками во тьму.
Уйдёшь, не оставляя вслух следа.
И больше не посмотришь в высоту,
Где лучшее осталось навсегда.

Так будьте повнимательней друг к другу,
Не только на словах, и в тишине.
Не поджигайте души в пепла вьюгу,
Чтоб не гореть потом за всё вдвойне.

Нет ничего «случайно» в этом мире —
Всё оставляет шрам в душе живой.
Не ковыряйте с неба звёзды в дыры,
Да не утопит вас оно слезой.