Продавец времени
Среди бетона, выхлопов и гула,
Где каждый шаг очерчен и сочтён,
Людей гордыня город захлестнула,
Век цифровой повергнув в смертный сон.
Там на распутье казней лабиринтов,
В тени высоток, где не спит покой,
Стоит Торговец — продавец моментов
И предлагает договор со тьмой.
В его витринах — не шелка, не злато,
А сгустки лет и память прошлых дней.
Он продаёт за страшную расплату
Забытый свет угаснувших огней.
«Спешите, суетливые созданья!
Взывает голос, рассекая мрак.
Купите час для нового скитанья,
Верните то, что превратили в прах!»
И жуткий сонм с ослепшими глазами
Бросает в бездну душ своих залог,
Чтоб вновь прожечь с кровавыми слезами
Свой жизни сэкономленный кусок.
Скупают оптом дни, недели, годы,
Чтобы протратить трижды три пути
В пустых делах, в фантомах лжесвободы,
Не зная, надо ль дальше им идти.
Но пред торговцем, скован горем строгим,
Застыл один — без трепета и зла,
Чья жизнь прошла по адовым дорогам,
Чья выгорела совесть вся дотла.
«Я не пришёл купить себе прощенье, —
Изрёк он глухо, голову склоня.
Принёс обратно все свои мгновенья,
Что я прожил, не помня, не любя!
Возьми часы моментного угара!
Верни мне жизнь, что сгинула в тиши,
Которой жил я прежде с пылом яра
Своей ещё не раненой души!
Верни мне детство, чистоту и веру,
Мои мечты, зарытые в тлену!
Возьми года, отмерь любую меру,
Но возврати мне ту мою весну!»
Старик смотрел без радости сквозь дым:
«Я продаю лишь то, что вы теряете.
А то, что не ценил ты, став седым,
Не подлежит возврату, как желаете».
И взгляд его был скорбью боли полн:
«Узри закон, что высечен в граните!
Я продаю лишь шум ушедших волн,
Не возвращаю порванные нити.
Ты можешь докупить себе страницы,
Часы для бега, денег и услад,
Но то, что не ценил, закрыв в гробницы,
Не возвратит ни бог, ни мрачный ад!
Твой каждый час, отравленный гордыней,
Осел на дне пылающего рва.
Ты сам ваял дорогу из уныний,
Бессильны перед Бездной все слова!»
И побрела душа сквозь город снов,
Где стрелки циферблатов бьют беспечно,
Забыв простую среди всех основ:
Лишь то, что мы любили — длится вечно.
Где каждый шаг очерчен и сочтён,
Людей гордыня город захлестнула,
Век цифровой повергнув в смертный сон.
Там на распутье казней лабиринтов,
В тени высоток, где не спит покой,
Стоит Торговец — продавец моментов
И предлагает договор со тьмой.
В его витринах — не шелка, не злато,
А сгустки лет и память прошлых дней.
Он продаёт за страшную расплату
Забытый свет угаснувших огней.
«Спешите, суетливые созданья!
Взывает голос, рассекая мрак.
Купите час для нового скитанья,
Верните то, что превратили в прах!»
И жуткий сонм с ослепшими глазами
Бросает в бездну душ своих залог,
Чтоб вновь прожечь с кровавыми слезами
Свой жизни сэкономленный кусок.
Скупают оптом дни, недели, годы,
Чтобы протратить трижды три пути
В пустых делах, в фантомах лжесвободы,
Не зная, надо ль дальше им идти.
Но пред торговцем, скован горем строгим,
Застыл один — без трепета и зла,
Чья жизнь прошла по адовым дорогам,
Чья выгорела совесть вся дотла.
«Я не пришёл купить себе прощенье, —
Изрёк он глухо, голову склоня.
Принёс обратно все свои мгновенья,
Что я прожил, не помня, не любя!
Возьми часы моментного угара!
Верни мне жизнь, что сгинула в тиши,
Которой жил я прежде с пылом яра
Своей ещё не раненой души!
Верни мне детство, чистоту и веру,
Мои мечты, зарытые в тлену!
Возьми года, отмерь любую меру,
Но возврати мне ту мою весну!»
Старик смотрел без радости сквозь дым:
«Я продаю лишь то, что вы теряете.
А то, что не ценил ты, став седым,
Не подлежит возврату, как желаете».
И взгляд его был скорбью боли полн:
«Узри закон, что высечен в граните!
Я продаю лишь шум ушедших волн,
Не возвращаю порванные нити.
Ты можешь докупить себе страницы,
Часы для бега, денег и услад,
Но то, что не ценил, закрыв в гробницы,
Не возвратит ни бог, ни мрачный ад!
Твой каждый час, отравленный гордыней,
Осел на дне пылающего рва.
Ты сам ваял дорогу из уныний,
Бессильны перед Бездной все слова!»
И побрела душа сквозь город снов,
Где стрелки циферблатов бьют беспечно,
Забыв простую среди всех основ:
Лишь то, что мы любили — длится вечно.