Работа бога
Когда-то, в самом первом из начал,
Творец, устав творить в земном саду,
Решил: «Я слишком много обещал
И слишком мало сделал. Отойду.
Пусть люди, что внизу, поймут, каков
На вкус мой хлеб, на вес моя рука.
Я не ушёл. Избавил от оков
Их волю. Пусть владеют на века
Пусть оживут, как боги, без подсказки,
Без чуда, без подачек с потолка.
Я им отдал все кисти, холст и краски,
Творите, да не дёрнется рука».
И люди встали. Кто-то — с кулаками,
Кто — с семенами, кто — с пустой сумой.
Им стало ясно: бог не за горами,
Он — в каждом вздохе, в каждом «сам постой».
Мосты чинили сами, не дождавшись,
Что ангел спустится, подержит молоток,
Они прощали, в гневе накупавшись,
Когда никто на свете не помог.
Они рожали в поле, не в палатах,
Руками зашивали кожу в шов.
Они искали свет в своих расплатах,
Не думая лишить себя умов.
И кто-то был ленив. И кто-то скуп.
Один ворчал на дождь и на соседа.
Кто неопрятен, кто-то жадно глуп,
Тащил другого в пропасть прочь от света.
Но были те, кто, взявши бога в руки —
Как глину, как дитя, как острый нож —
Сказали: «Жизнь — не рай, не ад, не скуки,
Но мы её не бросим ни за грош.
Мы сами будем чудом для другого,
Раз небо за иными спит делами.
Мы станем тем, кто вытащит из злого,
Кто даст воды, присмотрит сам за нами».
И вот тогда, на самом слабом вздохе,
Где боль отчаянья сжимает тормоза,
Бог, наконец, очнулся в суматохе,
Протёр глаза. Увидел что нельзя
Ему уже вернуться. Его место
Забрали люди, справились сполна,
Не ангелы, а люди из протеста,
Но с болью жизнь была обретена.
И бог вздохнул. И, кажется, впервые
Подумал: «Я не нужен им. Они
Сама работа. Я — лишь их пустые
Надежды на спасение извне.
Отныне я — не царь, и не учитель,
Я — тишина. Не буду их судом.
А боги — те, кто сам себе даритель,
Не ищет награждения в другом».
С тех пор прошли столетья, или вечность —
Не важно. Важно, что любой из нас
Держа в руках свою же человечность
Всё может сам. Бог рядом про запас.
На чёрный день. Когда последний мост
Сожгут, а реки пересохнут сами.
Но мы — не те, кто просит с неба звёзд.
Мы — те, кто строит их собой, руками.
Мы можем быть ворчливы и скупы,
И неопрятны, и идти толпой,
Но мы — живые, хоть порой слепы,
Не черновик. Мы — боги, но с судьбой.
Несовершенные. Но в поиске навек.
Не боги в небе — те, кто на земле,
Кто не бежит от злости. Человек.
Кто жизнь не просит, а живёт во тле.
Вот наша сказка. Не про чудеса,
А про работу. Просто жить, как боги.
Смотреть в лицо всей правде. В небеса
Не ждать подмоги. И не стать подлогом.
Творец, устав творить в земном саду,
Решил: «Я слишком много обещал
И слишком мало сделал. Отойду.
Пусть люди, что внизу, поймут, каков
На вкус мой хлеб, на вес моя рука.
Я не ушёл. Избавил от оков
Их волю. Пусть владеют на века
Пусть оживут, как боги, без подсказки,
Без чуда, без подачек с потолка.
Я им отдал все кисти, холст и краски,
Творите, да не дёрнется рука».
И люди встали. Кто-то — с кулаками,
Кто — с семенами, кто — с пустой сумой.
Им стало ясно: бог не за горами,
Он — в каждом вздохе, в каждом «сам постой».
Мосты чинили сами, не дождавшись,
Что ангел спустится, подержит молоток,
Они прощали, в гневе накупавшись,
Когда никто на свете не помог.
Они рожали в поле, не в палатах,
Руками зашивали кожу в шов.
Они искали свет в своих расплатах,
Не думая лишить себя умов.
И кто-то был ленив. И кто-то скуп.
Один ворчал на дождь и на соседа.
Кто неопрятен, кто-то жадно глуп,
Тащил другого в пропасть прочь от света.
Но были те, кто, взявши бога в руки —
Как глину, как дитя, как острый нож —
Сказали: «Жизнь — не рай, не ад, не скуки,
Но мы её не бросим ни за грош.
Мы сами будем чудом для другого,
Раз небо за иными спит делами.
Мы станем тем, кто вытащит из злого,
Кто даст воды, присмотрит сам за нами».
И вот тогда, на самом слабом вздохе,
Где боль отчаянья сжимает тормоза,
Бог, наконец, очнулся в суматохе,
Протёр глаза. Увидел что нельзя
Ему уже вернуться. Его место
Забрали люди, справились сполна,
Не ангелы, а люди из протеста,
Но с болью жизнь была обретена.
И бог вздохнул. И, кажется, впервые
Подумал: «Я не нужен им. Они
Сама работа. Я — лишь их пустые
Надежды на спасение извне.
Отныне я — не царь, и не учитель,
Я — тишина. Не буду их судом.
А боги — те, кто сам себе даритель,
Не ищет награждения в другом».
С тех пор прошли столетья, или вечность —
Не важно. Важно, что любой из нас
Держа в руках свою же человечность
Всё может сам. Бог рядом про запас.
На чёрный день. Когда последний мост
Сожгут, а реки пересохнут сами.
Но мы — не те, кто просит с неба звёзд.
Мы — те, кто строит их собой, руками.
Мы можем быть ворчливы и скупы,
И неопрятны, и идти толпой,
Но мы — живые, хоть порой слепы,
Не черновик. Мы — боги, но с судьбой.
Несовершенные. Но в поиске навек.
Не боги в небе — те, кто на земле,
Кто не бежит от злости. Человек.
Кто жизнь не просит, а живёт во тле.
Вот наша сказка. Не про чудеса,
А про работу. Просто жить, как боги.
Смотреть в лицо всей правде. В небеса
Не ждать подмоги. И не стать подлогом.