Песочница

Мы обманули время и себя:
Никто из нас, по правде, не подрос.
В песочнице, лопатки теребя,
Сидят всё те же дети, скрыв невроз.
Мы не созрели. Мы скопили боль,
Обиделись и спрятались в ракушки.
Сменили только статус и контроль,
Да выбрали престижные игрушки.

И что такое эта «важность» лиц?
Откуда в нас глухая напряжённость?
Обычный страх шагнуть за край границ,
Вот то, что мы зовём теперь «серьёзность».
Серьёзность — это запретить уму
Ошибку, легкомыслие, помарку.
Поверить в эту строгую тюрьму
И превратить песочницу в запарку.

А вспомни искренность: «Я не вожусь!»
И мы бежали строить новый замок.
Теперь мы носим этот липкий груз
Интриг, молчанья и жестоких рамок.
Мы разучились прямо говорить,
Скрывая злость за вежливой улыбкой.
Нам проще эту ненависть копить,
Чем признавать свой выбор лишь ошибкой.

Мы так поверили, что всё — всерьёз,
Что требуем от правды жить веками.
Но голой правде зябко в мире грёз,
Она спасает наготу шелками.
Она берёт у лжи её наряд,
Ведь абсолютов в этом мире нету.
А мы играем в этот маскарад,
Вслепую веря мёртвому обету.

Мы выбрали игру — одну на век.
И давимся давно прокисшим супом.
Бросать не смеет «взрослый» человек,
Считая это слабостью, проступком.
И тянем лямку до седых волос,
Хотя азарт давно исчез из взгляда.
Мы сами породили этот кросс,
Поверив в сокрушительное «надо».

А ведь свобода — это не венец,
Не пройденный до края путь героя.
Она в уменье выбрать свой конец
И выйти из наскучившего строя.
Стряхнуть песок. Сказать: «Конец игры».
И без вины пойти навстречу свету,
Как в детстве, открывая те миры,
Где принужденья и трагизма нету.