Правила Драконов: Разрушенная клетка

Стянуло время трещины и шрамы,
Я на престоле из застывших дней.
Забыв тепло разрушенного храма,
Я стал лишь стражем вечности своей.

Не помню лиц, не помню прежних снов,
Мой пульс затих под каменной бронёю.
Я стал венцом невидимых оков,
Властителем над стылой тишиною.

Но вот шаги прорезали гранит,
И робкий луч коснулся тёмных сводов.
Идёт герой. И меч его звенит,
Чтоб отомстить за страхи всех народов.

В его глазах пылает правый свет,
Он хочет мир спасти от вечной стужи.
Но чтоб исполнить клятвенный обет,
Он должен сам убить себя снаружи.

Я не отвечу на его удар,
Я расступлюсь пред яростным напором.
Пусть он прочтёт, приняв проклятый дар,
Закон Драконов под немым узором.

И он поймёт, когда остынет кровь,
Что нет конца в проклятом этом круге.
Похоронив надежду и любовь,
Он станет льдом в своей немой кольчуге.

Он подошёл к ступеням изо льда,
Где я сидел, закованный в молчанье.
Он не принёс ни страха, ни стыда,
Ни гордости, ни жажды воздаянья.

Он рассмеялся, бросив щит и меч:
«Я не приму холодного проклятья!
Я послан жить, любить, страдать и жечь!
Долой закон, оковы и распятья!»

Он бил в гранит, он разрывал алтарь,
И рухнул свод под яростным напором.
Повержен лёд, убит незримый царь,
И древний трон рассыпался с позором.

Но голая свобода — это яд.
Сорвав замки, он выпустил не лето.
В его глазах зажёгся сущий ад,
Животный хаос, не терпящий света.

Огонь страстей, не ведая преград,
Поджёг лишь кровь, сжигая нить рассудка.
И тот, кто льду бросал бесстрашный взгляд,
Завыл во тьму бессмысленно и жутко.

Он вышел вон, безумен и кровав,
Сжигать миры в огне звериной страсти.
А я смотрел, средь крошева упав:
Наш лёд был клеткой для людской напасти.